MaJIbIu (majiblu) wrote in war_tundra,
MaJIbIu
majiblu
war_tundra

Categories:

У2/По-2 недооценённый



Сегодня трудно себе представить, что в период военных успехов Вермахта кто-нибудь мог серьезно досаждать ему действиями с воздуха. Однако нашлись и люди, и самолеты — и вышеприведенные воспоминания В. Адама, адъютанта штаба 6-й армии Паулюса, зафиксировали этот прискорбный для Германии факт. Вряд ли немецкое командование могло предположить, что после разгрома основных сил авиации «красных» на аэродромах в небо поднимется беспощадный мститель в облике безобидного фанерного биплана — знакомый им по училищам и не воспринимавшийся всерьез У-2. И угрозу он будет представлять не меньшую, чем иная более совершенная боевая машина.


Начало пути
Впервые У-2 использовал в качестве бомбардировщика пилот ГВФ Юго-Западной авиагруппы П. С. Бевз, воевавший под Одессой. Осталось неизвестным, проводилось ли при этом дооборудование самолета бомбовооружением, либо сброс мелких осколочных бомб и гранат производился вручную; и кем производился сброс — самим пилотом или бомбардиром, находившимся во второй кабине.

В те ноябрьские дни 1941 г. Военно-воздушные силы по приказу Ставки приступили к формированию ночных легкобомбардировочных полков. Множество аэроклубов и авиашкол, созданных на территории СССР в предвоенный период, стали базой для их формирования. Но на легкое решение проблемы рассчитывать не приходилось. Имевшиеся в училищах «летающие парты» израсходовали ресурс планера на 40-60%. Моторов М-11 остро не хватало. Летный состав не только не имел никакой практики в ночных боевых действиях и не выполнял никогда противозенитного маневра — он вообще не выполнял полетов ночью и в сложных метеоусловиях. В мирное время от него этого не требовалось. А бомбы с новоиспеченных бомбардировщиков впору было бросать руками, прицеливаясь на глазок. Самолет просто не был приспособлен для бомбометания — отсутствовали пригодные для этой миниатюрной конструкции прицелы, механические сбрасыватели, бомбодержатели... Все приходилось делать с нуля и поневоле экспериментировать.

Поначалу существовали трудности с матчастью. Тренировочные самолеты, приспособленные для ночных полетов, можно было пересчитать по пальцам. Не хватало машин и для формируемых полков. Позднее, по мере расширения производства военных вариантов У-2, экипажи, проходившие в Алатыре подготовку к ночным полетам, там же получали и боевые машины — У-2 с моторами М-11Г, Д, ПФ, производство которых наладили на казанском заводе № 387 — и на них отправлялись на фронт.
Продолжительность подготовки летного состава в 46-м ЗАЛ была недостаточной: налет на каждый экипаж редко превышал 15 часов, и всерьез говорить об их готовности немедленно по окончании обучения приступить к боевым действиям не приходилось. Поэтому, во избежание ненужных потерь, по прибытии из Алатыря на фронт экипажи «разбивали»: летчиков направляли к опытным штурманам, штурманов — к опытным летчикам. Если этого не делалось, новички нередко сбивались противником в первых же боевых вылетах.


Тактика действий
В предвоенный период У-2 не интересовал немецкую разведку. В ходе вторжения люфтваффе охотились за У-2 лишь потому, что те использовались в качестве связных самолетов в штабах соединений. Сбив его, можно было помешать доставке важного документа в ту или иную часть, уничтожить «высокого» командира, летящего пассажиром на самолете... Но к лету 1943 года об У-2 знал едва ли не каждый солдат вермахта. Стрекот его мотора, раздававшийся в ночи, моментально заставлял противника прятаться в укрытия. И было отчего.

Места базирования У-2 лежали на удалении до 150 км от линии фронта, и совершать с них интенсивные полеты чаще всего было неудобно. Поэтому всю боевую работу ночные бомбардировочные полки выполняли с аэродромов подскока, располагавшихся в 20-35 км от передовой. Днем эти площадки пустовали, а к вечеру на них перелетали самолеты. В особо напряженные ночи наземные команды обеспечивали до 12 боевых вылетов каждого У-2. Число полетов зависела от продолжительности темного времени суток.
Заход на цель бомбардировщики осуществляли с разных направлений. При подходе к ней экипажи, как правило, набирали высот) порядка 800 м, планировали до 500 м, и с этой высоты сбрасывали бомбы. Если низкая облачность или дождь не позволяли следовать данной тактике, бомбы сбрасывали с высоты 100-200 м; в таких случаях устанавливались взрыватели с замедлением.
При сильном ветре некоторые экипажи заходили на цель против ветра с задросселированным двигателем, сбрасывали бомбы, затем резко разворачивались на 180 градусов и, дав полный газ, уходили по ветру.

Уже в 1942 году основными боеприпасами, сбрасываемыми с У-2, стали фугасные бомбы ФАБ-100 и ФАБ-50. На бомбардировщик подвешивалось либо две «сотки», либо 4 бомбы калибра 50 кг. Кроме того, при бомбометании использовались ампулы, снаряженные смесью «КС». Их загружали в фанерные кассеты со взрывателем. На заданной высоте, после сброса, взрыватель срабатывал, кассета открывалась и шарики рассеивались на значительной площади, выжигая все при падении на землю. Кроме этого использовались бомбы ЗАБ-100тш (с термитными шарами).

Стремясь избежать потерь от зенитного огня, в полках У-2 опробовали новую тактику. Головной самолет, ведомый летчиком с отличной техникой пилотирования, провоцировал немецкую ПВО на обстрел. Когда же зажигались прожектора и зенитки открывали огонь по маневрирующему У-2, экипаж второго бомбардировщика заходил на позиции ПВО с тыла, приглушал мотор и. идя со снижением, сбрасывал на прожектористов и зенитчиков осколочные бомбы либо обстреливал их из ШКАСа. В 271 НБАД, кроме того, была разработана и применялась в бою бортовая установка PC для стрельбы по зенитным средствам противника. После подобной «обработки» бомбардировщики, следовавшие за ведущей парой, имели над целью меньше трудностей.

При бомбардировке колонн противника на марше основная масса летного состава считала, что эффективнее бомбить их с хвоста, так как водители головных машин, не слыша шума мотора самолета, не чувствуют опасности, не гасят огни и тем самым обозначают свое положение.

В ночь с 30 на 31 декабря 1942 г. действиями ночников 242 НБАД был фактически разгромлен 30-й мотополк противника, действовавший в районе Демянска.
В результате налета самолетов 272 НБАД на пункт Кутейниково (участок Иловайская-Таганрог) летом 1943 г. на аэродроме было убито 16 человек летно-технического состава, уничтожено 2 прожектора, нанесены повреждения матчасти и сооружениям. На северо-восточной окраине Кутейниково попадание бомбы в машину с боеприпасами вызвало взрыв всей автоколонны из 10 автомобилей.
В августе 1943 г., в период битвы за Донбасс, регулярные налеты полков У-2 на станцию Успенская (участок Иловайская-Таганрог) привели к снижению пропускной способности станции в 2 раза. Противник, наученный горьким опытом, уже не решался проводить ночью маневровые работы, опасаясь полного вывода станции из строя.
«...От самолета У-2 нет житья, ...печи и костры разжигать нельзя -...самолет У-2 видит их и бросает туда бомбы, он везде нас находит, нам приходится всю ночь сидеть в траншеях, чтобы не иметь групповых потерь.»

Наступая форсированными темпами на Берлин, части 7-го кавалерийского корпуса оторвались от баз снабжении, клда решено было доставить им горючее по воздуху. Самолетами 9 Гвардейской НБАД было переброшено 26 856 литров топлива. На каждый По-2 подвешивалось по 2 десантных бачка. Еще по одному укладывали в кабину штурмана, поэтому полеты выполнялись без второго члена экипажа и, ввиду плохой погоды, группами по 5-6 самолетов с лидирующим По-2, на борту которого находился штурман.

Методичная бомбардировка укреплений Познани самолетами 9-й Гвардейской НБАД позволила наземным войскам взять эту сильно укрепленную крепость. Ее гарнизон насчитывал более 12 000 человек, продовольствия хватало на 3 месяца непрерывной осады. Однако, в первые же ее дни пикировщики 3-го БАК разбили электростанцию и водокачку, а 20 февраля в довершение экипажи По-2 разбомбили хлебопекарню. Немцы сумели восстановить одну печь, но в ночь на 22-е легкие бомбардировщики разбили ее окончательно. Плюс к тому велись постоянные бомбардировки крепостных сооружений. С ухудшением погоды эти налеты выполняли практически только По-2. Бомбежки, выполнявшиеся днем, загоняли гарнизон в укрытия. которые с каждым разом становились все менее надежными. В налетах на крепость экипажи По-2 применяли в большом количестве трофейные фугасные бомбы калибра 55 и 70 кг, дававшие большой разрушающий эффект. «При систематических действиях авиации днем и ночью у солдат совершенно расстроились нервы. ...Некоторые солдаты не выдержали и перебежали к русским.» В 1245 вылетах экипажи дивизии сбросили на крепость 184 тонны бомб. Для сравнения: самолетами Пе-2 на Познань за 372 вылета было сброшено 287 тонн. В конце концов командование гарнизона не выдержало беспрерывных воздушных ударов и 23 февраля отдало приказ о капитуляции.


Варшавским повстанцам экипажи 9-й Гвардейской дивизии за 17 дней непрерывной боевой работы сбросили 105 722 кг продовольствия, вооружения и боеприпасов. Среди грузов были 138 50-мм минометов и 51 840 мин, 505 противотанковых ружей и 58 160 патронов к ним, 41 780 гранат РГ-42 и трофейных немецких. Была даже 45-мм пушка... Для связи с советским военным командованием летчики 45-го Гвардейского НБАП забросили в Варшаву трех офицеров Ставки. Собственные потери советской авиации составили 8 самолетов По-2.

Полки ночных бомбардировщиков По-2 в ходе войны показывали достойные примеры эффективности боевой работы. Однако с окончанием войны их существование стало восприниматься как анахронизм. В эпоху реактивных машин бомбардировщик По-2 выглядел сосем не воинственно. В 1946 году был расформирован 46-й ЗАП, тогда же начали расформирование многие ночные бомбардировочные полки По-2.

Lockheed F-94 Starfire был утерян во время снижения скорости до 110 миль/ч при попытке перехвата ПО-2.
Grier, Peter. "April 15, 1953". Air Force Magazine, Air Force Association, June 2011, p. 57.

[ПО-2 vs Fw.190]Лейтенант Василий Челпанов летал на связном самолете «По-2». Он возил для полка почту, детали для
боевых машин, раненых, доставлял боевые приказы и распоряжения — словом, выполнял трудную и
незаметную «черновую» работу. Его маленький шустрый «кукурузник» поднимался с аэродрома в любое
время дня и ночи.Подстать самолету был и летчик. Небольшого роста, подвижный и быстрый, лейтенант в воздухе
чувствовал себя прекрасно, машину пилотировал мастерски, взлетал и садился в темноте, при дожде и
снегопаде.
Летчики нашего полка часто подтрунивали над ним.
— Скажи, Челпанов, почему не выпускаешь тормозные щитки, когда идешь на посадку?
Все знали, что тормозных щитков «По-2» не имеет — посадочная скорость самолета очень невелика.
— Нет, ты лучше расскажи, как сбил «фоккера» и взял в плен фашиста, — говорил другой под дружный
смех летчиков.
В полку этот случай знали все. Челпанов вылетел на аэродром истребителей, расположенный в
нескольких километрах от линии фронта, для установления связи и организации взаимодействия. В
воздухе его поймал фашистский [26] истребитель «Фокке-Вульф-190», решивший, видимо, одним махом
покончить с маленьким связным самолетом. Набрав высоту, гитлеровец устремился в атаку. Но
«кукурузник» вдруг пропал: Челпанов заметил невдалеке небольшую речушку и «прижал» самолет к
самой воде, летя ниже крутых, обрывистых берегов. Сделав несколько кругов, фашист заметил самолет и
снова ринулся в атаку. Челпанов начал делать неожиданные виражи, развороты над самой землей, нырял
в овраги и лесные просеки. Разница в скоростях самолетов была очень велика. Гитлеровец боялся
врезаться в землю и поэтому на малой высоте не успевал прицеливаться или же выпускал за атаку всего
одну-две очереди.
«Бой» длился долго. Фашист до того увлекся, что не заметил, как Челпанов завел его далеко за линию
фронта на свою территорию. Закончился этот поединок тем, что немецкий летчик растратил боеприпасы,
потерял ориентировку, израсходовал горючее и был вынужден совершить вынужденную посадку в нашем
тылу, где его взяли в плен. Во время воздушной погони Челпанов был ранен: осколком снаряда слегка
царапнуло пятку. Это ранение также служило предметом неистощимых острот.
Сам лейтенант, хотя и понимал, что насмешки беззлобные, переживал и сердился. Ему казалось, что
работа, которую он выполняет, второстепенная, и он стоит в стороне от боевой жизни полка. А между тем
Челпанова в полку уважали и любили.

[Для атмосферы]
Tags: в недрах тундры, копипаста, многобукоф
Subscribe

  • Читы в тундре

    Здеся я порассуждаю про читы в тундре А хуй там, читы в тундре бесплатные, и находятся в настройках игры, а именно - ultra low quality Эта…

  • Тундряч 2021

    Решил в очередной раз окунуться на перескопную глубину в этот чан с безумием. Выбор пал на танчики и лоханки (не рыбнадзор, а серьёзные баркасы)…

  • Big Lie: Капитолий 6 января 2021 - пролог

    Я пишу этот пост, потому что несколько человек попросили меня изложить, приведённые мною ранее, факты в отношении произошедшего 6.01.2021 в Капитолии…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 100 comments

  • Читы в тундре

    Здеся я порассуждаю про читы в тундре А хуй там, читы в тундре бесплатные, и находятся в настройках игры, а именно - ultra low quality Эта…

  • Тундряч 2021

    Решил в очередной раз окунуться на перескопную глубину в этот чан с безумием. Выбор пал на танчики и лоханки (не рыбнадзор, а серьёзные баркасы)…

  • Big Lie: Капитолий 6 января 2021 - пролог

    Я пишу этот пост, потому что несколько человек попросили меня изложить, приведённые мною ранее, факты в отношении произошедшего 6.01.2021 в Капитолии…